Перемирие США-Иран на 60 дней и открытие Ормузского пролива: что меняется для российского бизнеса

Главное для принятия решений

К вечеру 29 мая 2026 года картина такая: переговорщики США и Ирана согласовали проект соглашения о намерениях (меморандум о взаимопонимании) о продлении перемирия на 60 дней и открытии Ормузского пролива (узкий пролив между Ираном и Оманом, через него идёт примерно 20% мировой нефти) без пошлин, с разминированием за 30 дней. Президент США Дональд Трамп вечером 29 мая провёл совещание в Ситуационной комнате Белого дома и вышел из него без объявления решения, выложив накануне в социальной сети Truth Social список собственных требований к Тегерану — публично жёстче того, что лежит на столе у переговорщиков. Иранское агентство Tasnim 28 мая опровергло согласование финального текста. На этом фоне Brent (эталонный сорт североморской нефти) на закрытие 28 мая стоил около $96 за баррель, WTI (West Texas Intermediate, американский эталонный сорт) — $90,33.

Параллельно идут удары. В ночь на 28 мая, около 03:20 МСК, США ударили по объекту в Бендер-Аббасе (иранский портовый город на берегу пролива). КСИР (Корпус стражей исламской революции — отдельная армия Ирана, подчинённая верховному лидеру) ответил по американской базе в регионе. Военная надбавка страховщиков (дополнительная плата за провоз через зону боевых действий) держится на порядок выше довоенного уровня — это переоценивает бюджеты на морскую логистику для всех, кто работает с Заливом.

Для российского бизнеса важны три вектора: цена Urals (российский экспортный сорт) и конкуренция с иранской нефтью у индийских и китайских покупателей; стоимость и скорость параллельного импорта через коридор Север — Юг; расчёты через Shetab (иранская национальная карточная платёжная система, аналог нашей системы Мир). По каждому пункту меняется математика.

Что согласовано в проекте меморандума

Первая утечка содержания пришла от американского новостного сайта Axios 28 мая. РИА Новости опубликовали пересказ договорённости по Ормузу 25 мая, Известия выпустили сводный обзор 29 мая, катарский телеканал Al Jazeera 29 мая дал детальный разбор пунктов. Из этих публикаций складываются основные положения проекта.

1. Продление перемирия на 60 дней — окно для предметных переговоров о долгосрочном урегулировании.
2. Неограниченный проход судов через Ормузский пролив — без пошлин и задержаний. Иран в течение 30 дней снимает мины. США пропорционально восстановлению судоходства убирают морскую блокаду иранских портов.
3. Иран обязуется не работать над созданием ядерного оружия. В первые 60 дней стороны обсуждают, что делать с уже накопленным запасом высокообогащённого урана и как организовать дальнейший контроль за иранской ядерной программой. Точные потолки обогащения и режим инспекций в проекте не зафиксированы — это предмет переговоров.
4. Поэтапное снятие части санкций — США уберут ряд ограничений, позволив Ирану продавать нефть на открытом рынке. Вопрос разморозки иранских активов (по разным оценкам — от $24 млрд по всему миру, в том числе $6 млрд в Катаре, переведённых туда из Южной Кореи по обмену 2023 года) обозначен как самый сложный пункт переговоров и пока не закрыт.
5. Прекращение взаимных ударов в зоне Залива — со стороны Ирана и Корпуса стражей исламской революции, со стороны США в иранском территориальном пространстве.

Посредничество вели Оман и Катар. Со стороны Ирана переговоры курировал министр иностранных дел Аббас Аракчи, со стороны США — спецпредставитель президента Стив Уиткофф. В отличие от апрельского раунда перемирия, нынешний документ впервые включает экономическую часть — снятие ограничений с нефтяного экспорта Ирана.

Почему Трамп не подписал — и что он публично потребовал 29 мая

Утром 29 мая Трамп вышел в Truth Social со списком собственных требований к Тегерану, по сути ужесточив переговорную позицию США уже после того, как переговорщики согласовали проект документа. Ключевых требований четыре: Иран обязуется никогда не получить ядерное оружие; Ормузский пролив открывается «немедленно» и без каких-либо пошлин; уже накопленный обогащённый уран не просто остаётся под контролем — его «выкапывают» и уничтожают совместно США, Иран и Международное агентство по атомной энергии; никакого обмена деньгами и разморозки иранских активов «до дальнейшего распоряжения». В тот же день старший представитель администрации США сказал телеканалу CNN: разморозка активов произойдёт только после того, как Ормуз снова заработает.

Тегеран реакцию обозначил без эмоций: министр иностранных дел Аббас Аракчи дал понять, что односторонние публичные требования через социальную сеть не заменяют согласованный текст за столом. Иранское агентство Tasnim 28 мая опубликовало опровержение, что финальный текст согласован — стандартный для Тегерана ход: не дать внутренним критикам повода обвинять МИД в уступках. К вечеру 29 мая Трамп провёл совещание в Ситуационной комнате Белого дома и вышел из него без объявления окончательного решения.

Внутри администрации США одновременно идёт спор. Часть советников считает, что текущий проект слишком быстро снимает давление с Тегерана и нужно ещё ужесточить требования. Другая часть указывает на риски затягивания: каждая неделя без подписи держит Brent выше $95, что бьёт по американским потребителям бензина и работает против республиканской кампании на выборах в Конгресс в 2026 году. Министр обороны США в эту же пятницу заявил, что Пентагон готов возобновить боевые действия в Заливе «если потребуется».

Окно неопределённости остаётся коротким — 24–72 часа. Если подпись появится до начала июня, рынок отыграет падением Brent в коридор $82–88. Если пауза затянется дольше недели, возможен новый цикл взаимных ударов с возвратом цены к $105–110. Базовый сценарий — затяжная торговля по деталям, с локальными столкновениями. Подробнее эту динамику мы разбирали в материале о влиянии иранского конфликта на бизнес.

Удары 28 мая. Боевые действия идут параллельно с перемирием

Около 03:20 МСК 28 мая США нанесли удар по объекту в Бендер-Аббасе. По данным Взгляда со ссылкой на Reuters, целью была наземная станция управления беспилотниками; задет и портовый периметр. Корпус стражей исламской революции подтвердил факт удара и заявил об ответном ударе по американской базе, с которой шла операция.

Это не первый обмен ударами на этой неделе. 25 мая США уже наносили удары по точкам установки морских мин и пусковым в районе Бендер-Аббаса. 26 мая Иран заявил, что сбил американский ударный беспилотник MQ-9 Reaper, и обстрелял разведывательный самолёт в районе Залива. 27 мая США провели новые удары по военному объекту на территории Ирана. О динамике давления на иранский нефтяной сектор последних недель мы писали в обзоре майских ограничений в отношении КСИР.

Схема «договариваемся за столом — бьём в поле» — обычная для текущей фазы. Для бизнеса это значит одно: пока подписи нет, военная надбавка страховщиков (дополнительная плата за провоз через зону боевых действий) не снимается, и фрахт через пролив остаётся дороже довоенного уровня.

Цена нефти: коридор $90–105 на новостях

Динамика последних дней показывает, насколько рынок чувствителен к каждому сигналу из переговорной комнаты.

• 28 мая Brent закрылся на $96 за баррель (+1,8% за день), WTI — на $90,33. Источник: Finance Mail, материал об ударах США по территории Ирана.
• 26 мая, после отказа Трампа от ранней версии соглашения, Brent подскочил до $105. Источник: News Mail.
• В апреле, на новостях о временном открытии Ормузского пролива, Brent падал до $90, а WTI уходил ниже $87.
• Министр иностранных дел Сергей Лавров 8 мая (РИА Новости) заявил, что Россия «учитывает все сценарии в Заливе» — закрытая дипломатическая формула, под которой обычно понимается готовность к работе и при росте цен на нефть, и при их снижении.

Коридор $90–105 — это премия за неопределённость. Подписание меморандума опустит Brent в диапазон $82–88; срыв переговоров и новый цикл ударов — подбросит к $110–115. Urals торгуется со скидкой (дисконтом) к Brent примерно в $14–17 за баррель. На 28 мая это даёт $79–82 для покупателей из Индии и Китая.

Что это значит для российского экспорта Urals

Узкое место сценария «А». Если ограничения с Ирана хотя бы частично снимут, по оценке Международного энергетического агентства и ОПЕК (Организация стран-экспортёров нефти), на рынок может выйти дополнительно порядка одного — полутора миллионов баррелей в сутки иранской нефти. По характеристикам она близка к Urals — тяжёлая, сернистая, ориентирована на те же индийские и китайские НПЗ (нефтеперерабатывающие заводы), что и российский экспорт.

Что произойдёт по нашим оценкам:

• Дисконт Urals к Brent, по оценке ASHA, расширится с текущих $14–17 до $20–25 за баррель в первые 30–60 дней после подписания меморандума.
• Индия будет давить на скидку. Reliance (крупнейший индийский нефтепереработчик) и государственные нефтеперерабатывающие заводы Индии больше года балансируют между российской и саудовской нефтью; иранская станет третьим аргументом в торге.
• Китайские частные нефтеперерабатывающие заводы (на рынке их называют «teapots» — небольшие независимые переработчики) получат рычаг для пересмотра контрактов с российскими оптовыми перепродавцами нефти (трейдерами).
• При Brent на уровне $85 и расширившемся дисконте $22 Urals уйдёт в район $63. Это близко к нижней границе, которую Минфин закладывает в бюджетные расчёты по нефтегазовым доходам.

Окно для пересмотра контрактов с азиатскими покупателями — июнь и июль. Дальше рынок устаканится в новой реальности, и торговаться будет труднее.

Морские перевозки и параллельный импорт через Ормуз

Военная надбавка страховщиков (дополнительная плата за провоз через зону боевых действий) для маршрутов через Ормузский пролив сейчас на порядок выше довоенного уровня. По нашей оценке, опирающейся на сводки лондонского рынка морского страхования, надбавка держится в диапазоне около одного процента от стоимости груза, против десятых долей процента до конфликта. Для одного крупного танкера разница в абсолютной сумме достигает сотен тысяч долларов за рейс.

Что меняется при подписании меморандума:

• Военная надбавка снизится в разы уже на горизонте двух недель. По оценке ASHA, это уменьшит итоговую стоимость логистики примерно на один процент от конечного CIF (это базис поставки, при котором продавец оплачивает доставку и страховку до порта назначения).
• Поток параллельного импорта в Россию через международный транспортный коридор Север — Юг (порты Бендер-Аббас и Чабахар, дальше через Каспий) станет дешевле и быстрее. По нашей оценке, через этот коридор сегодня проходит заметная доля параллельного импорта электроники и автозапчастей — точные цифры публично не раскрываются, оценка ASHA опирается на открытые сведения РБК и Коммерсанта об объёмах транзита через Каспий.
• Маршруты вокруг мыса Доброй Надежды — в обход Суэцкого канала — останутся востребованными для крупных контейнерных линий минимум до сентября.

Для российского импортёра даже скромное снижение CIF на горизонте полугода — это переоценка годовых бюджетов на закупку, а не разовая выгода на отдельных сделках.

Расчёты через иранские банки и платёжная система Shetab

За последний год российские банки выстроили рабочую схему расчётов с иранскими контрагентами через систему Shetab (иранская национальная карточная платёжная система, аналог нашей системы Мир). По нашей оценке, основанной на публичных сообщениях Коммерсанта и Forbes о российско-иранских расчётах, в схеме участвует более десятка российских банков, а годовой оборот исчисляется миллиардами долларов.

Что произойдёт при частичном снятии ограничений с Ирана:

• Тегерану станет менее интересен полусерый коридор с Россией: появится возможность работать с европейскими и азиатскими банками напрямую, через международную межбанковскую систему сообщений SWIFT.
• Тариф на конвертацию через Shetab может ощутимо подрасти. Сейчас, по оценке ASHA, он держится в диапазоне нескольких процентов за операцию; если иранская банковская система перестроится под работу с европейскими и азиатскими банками напрямую, реалистичен сценарий роста на полтора-два пункта к осени.
• Часть иранских банков-партнёров может уйти от схемы, чтобы не подпадать под вторичные ограничения американских регуляторов (механизм, при котором штрафы налагаются на банк третьей страны за работу с подсанкционным контрагентом).

Это не катастрофа для российских импортёров. Но фактор, который мы рекомендуем закладывать в бюджеты на третий и четвёртый кварталы 2026 года: рост стоимости перевода, удлинение цепочки банков-посредников, более строгая проверка соответствия каждой операции требованиям регуляторов (по-английски это называют комплаенсом).

Три сценария на горизонт 60 дней

Мы в ASHA подчеркнём: оценки вероятностей — наша рабочая модель, не консенсус рынка. Главная переменная — поведение Трампа в ближайшие 72 часа.